Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
23:31 

"Ждать и догонять", PG-13

emerald
Ума моего ты боялся зря - не так я страшно умна (с)
Фандом: ГП
Название: Ждать и догонять
Автор: Изумрудная змея
Бета (если есть): Мерри
Рейтинг: PG-13
Пейринг: Люциус Малфой/Нарцисса Блэк
Краткое содержание: о тех временах, когда Малфои принадлежали друг другу только неофициально
От автора: фик написан на Веселые Старты-3, за команду Malfoy, Inc на тему "Dum spiro, spero - Пока дышу, надеюсь"
Отказ от прав: Малфои принадлежат сами себе и друг другу, вселенная Гарри Поттера - Роулинг, права - правообладателям.

Белый павлин взмахнул крыльями и вспорхнул на спинку плетеного кресла. Длинный хвост, словно сделанный из старинного кружева, чуть было не перетянул его назад.
– Дурак, – сказала ему Нарцисса.
Павлин склонил голову набок и сделался чрезвычайно похож на курицу, которая что-то высматривает в траве. Затем он раскрыл клюв и издал протяжный крик. Нарцисса зажала уши руками.
– Как ты думаешь, будет очень жестоко наложить на него Silencio?
Люциус задумался.
– Наверное, да. Он же не просто так вопит, он самку подзывает. И потом – посмотри, какая у него маленькая голова. Если он своим крохотным мозгом не сможет понять, почему он орет-орет, а звуков нет, то просто умрет от напряжения.
Павлин крикнул еще раз. Нарцисса кинула в него куском булки.
– Ужас какой. У самок павлина совсем нет музыкального слуха.
Люциус провел пальцем по краю своей чашки.
– Или они понимают, что самец поет, как кошка с прищепкой на хвосте, но ему не говорят, чтобы не расстраивать красивого мужчину.
– Пф, ну и фантазия у тебя! Их самки орут точно так же, я слышала.
– Да? Значит, у павлинов должны быть очень гармоничные отношения.
– Ну, хоть у кого-то, – вполголоса сказала Нарцисса. Люциус приподнял брови и ничего не ответил. Павлин спустился на сиденье кресла и начал клевать рассыпанные там хлебные крошки.
Когда Абрахас Малфой спустился к завтраку, Люциус сидел за столом один и пристально смотрел на чайную ложечку.
– Кыш, – сказал мистер Малфой-старший, – кыш! Опять эта птица нагадила на кресло!

В поместье Гойлов Нарцисса сняла платье, надела халат, расшитый радужными драконами, распустила волосы и, демонстративно позевывая, открыла дверь своей комнаты.
– Что-то я совсем заспалась. Все меня ждут, да?
– Ты когда-нибудь доиграешься, – сердитым шепотом сообщила ей Тельма. – Браслет сними, ты же в нем не спишь.
Нарцисса поспешно сдернула с запястья тонкий золотой обруч, сунула его в карман и спустилась к своему второму за сегодня завтраку.
Это был ее третий сигнальный браслет за два года. Первый издавал тонкий, противный писк, и от него пришлось избавиться, потому что Абрахас Малфой обратил внимание на необычные звуки, которые исходят от невесты его сына. Второй браслет нагревался, и, разумеется, через месяц Нарцисса не обратила внимания на сигнал и сильно обожгла руку. Нынешний начинал незаметно крутиться – к сожалению, слишком незаметно.
– Детка, ты совсем ничего не кушаешь, – сказала миссис Гойл. – Опять худеешь?
Нарцисса молча кивнула. На этом она уже один раз попадалась. Малфои и Гойлы ели в разное время, так что она каждый день съедала по два завтрака, два обеда и два ужина, а также выпивала четыре чашки чая. Через две недели, когда она вернулась домой, на ней не сошлось прошлогоднее летнее платье. К ее тайной радости, миссис Блэк сделала из этого хоть и пугающий, но совершенно неверный вывод.
Камин в комнате Нарциссы был устроен так, что она могла без помех подслушивать, как паникуют родители.
– Выгоню из дома и лишу наследства, – бушевал отец. – Мерзавка! Развратница!
– Может быть, еще можно что-то сделать? – стонала мать. – Есть же средства. Я с ней поговорю.
К счастью, в этот вечер родителей навещала Беллатрикс, которой пришлось выступить в непривычной роли голоса разума.
– Жрать надо меньше, вот и все. Не такая Цисси дура, как вы думаете.
– Я все-таки с ней поговорю. Спрошу ее… Я же мать, в конце концов…
– Ага, и подашь ей отличную идею. То-то Малфой обрадуется.
Нарцисса уже успела со всех сторон рассмотреть «отличную идею» и отвергнуть ее. Беременным невестам давно никто не кидал под ноги солому и не запрещал носить фату, но на них по-прежнему смотрели как на круглых дур.
– Спорим, она еще девственница, – продолжила Беллатрикс.
– А это как раз можно проверить, – задумчиво протянул отец. – Единороги…
– Правильно, подай ей еще одну отличную идею. Малфой тебе будет всю жизнь благодарен.
Нарцисса прикусила палец. До этой «отличной идеи» она додумалась в тот самый день, когда родители запретили ей выходить замуж за Люциуса. И тем же вечером воплотила в жизнь.
Идея, к слову, оказалась не такой уж и отличной. Поздно ночью, записывая в дневник все детали своего «первого раза», Нарцисса внезапно поняла, что первым этот раз был только для нее, а Люциус уже где-то успел приобрести небольшой опыт
После этого они неделю не разговаривали. Нарцисса была уверена, что ужасно ревнует. На самом деле ее грызло еще более неприятное ощущение, что она продешевила, задаром отдала то, за что можно было получить хорошую цену. Как и большинство слизеринцев, она очень не любила невыгодные сделки. Если бы в эту неделю ей представилась возможность выйти за какого-нибудь богатого волшебника из хорошей семьи, она согласилась бы. Но родителям не пришло в голову быстро подсунуть младшей дочери подходящего жениха, а через неделю Люциус подарил Нарциссе кольцо с крупным бриллиантом.
После этого они еще раз воплотили в жизнь «отличную идею», и еще раз, и еще раз, пока она действительно не стала казаться отличной, причем настолько, что Нарцисса однажды не заметила, как браслет на запястье раскалился почти добела.
Как раз в это время она начала подолгу гостить у Гойлов. Исчезать из дома, с браслетом или без, было рискованно – однажды отец случайно обнаружил, что ее нет в спальне, и закатил грандиозный скандал. К счастью, именно в тот раз Нарцисса самым невинным образом примеряла мантии у мадам Малкин. Гойлы следили за ней куда менее пристально.
Предполагалось, что постепенно – как-нибудь само собой – Нарцисса решит выйти замуж за младшего Гойла. К счастью, сам младший Гойл об этих планах до сих пор не догадался – иначе начал бы громко возражать, и Нарциссе нашли бы другого предполагаемого жениха, в поместье которого не было бы такого большого и заросшего парка.
Две недели в сентябре, две недели в апреле, потом три недели «в Уэльсе с Тельмой и Эмбер» и еще две недели в октябре. Два Самайна. Один день святого Валентина. И четыре мучительные ночи (два дня рождения Тельмы, два – Гойла-младшего), которые Нарцисса и Люциус провели под одной крышей, но в разных комнатах.
Нарцисса не знала, что Абрахас Малфой думает про свою перемежающуюся невестку. Возможно, он не замечал ее отсутствия. Или присутствия
* * *
– Чем это так воняет? – подозрительно спросила Вальбурга Блэк.
Нарцисса подняла брови.
– Это мои новые духи, спасибо, тетя.
– Ага, весь флакон, – уточнил Регул.
– Ех oribus parvulorum*, – пробормотал Альфард Блэк.
Нарцисса ласково улыбнулась и про себя порадовалась, что древние римляне давно вымерли. Люди, которые придумали столько крылатых колкостей, должно быть, сильно походили на дядю Альфарда.
– Устами младенцев в основном глаголет глупость, – сердито сказал Сигнус Блэк. – Было бы лучше, если бы их поощряли молчать в присутствии старших.
Вальбурга взялась обеими руками за край стола.
– Ты мне будешь давать советы по воспитанию детей, Сигнус? Твоя дочь душится, как девка из Лютного переулка, красится, как девка из Лютного переулка и ведет себя точно так же.
Нарцисса аккуратно сложила салфетку и встала из-за стола.
– Спасибо, тетя, все было очень вкусно.
– И ты позволишь ей оскорблять свою дочь? – хрустальным голосом спросила Друэлла Блэк.
– Он позволил ей вышвырнуть за дверь другую свою дочь, – вздохнул Альфард. – Поздновато ты спохватилась, Дрю.
Нарцисса вышла из столовой и беззвучно прикрыла за собой дверь.
«Все, – подумала она, – все. Сейчас я просто выйду из этого дома и аппарирую в Малфой-мэнор. Настал мой предел».
Дверь столовой распахнулась и выпустила наружу Регула и его благородное негодование.
– Что, – равнодушно сказала Нарцисса, – выгнали? Devant les enfants* *?
– Да ну их! – Регул подошел к перилам и уселся на них верхом. – Больно нужно в сто пятый раз слушать этот ор про фамильную честь. Задолбало! С тех пор как Сириус свалил, один нормальный человек в этой семье остался – и тот дядя Альфард.
– Дядя Альфард – старый трухлявый гриб, – отчеканила Нарцисса. – Если меня кто будет искать, скажете, что я заперлась у себя в комнате. А на эту дверь наложено проклятье, кто под ней подслушивает, у того на ушах вырастут кисточки.
Регул сделал вид, что видит эту дверь в первый раз в жизни. Нарцисса пожала плечами и величественно пошла вдоль по коридору.
Она, как и обещала, заперлась у себя. Взяла с туалетного столика круглый хрустальный флакон, подняла к свету, вылила из него последние три капли духов на носовой платок и с силой швырнула на пол. Флакон мягко упал на толстый ковер и укатился под стол.
– Ах ты! Accio!
На этот раз он врезался в стену и эффектно разлетелся фонтаном осколков. Нарцисса села к зеркалу и злобно показала язык своему отражению.
– Вот так и появляются мимические морщины, – укоризненно сказало зеркало.
– А также седые волосы, – пробормотала Нарцисса. Она взяла ватный шарик, намочила его в душистой розовой жидкости и начала смывать с лица косметику.
Как и положено порядочной волшебнице из старинной семьи, Вальбурга Блэк не имела никакого представления о том, как выглядят и красятся девки из Лютного переулка. Впрочем, в семейных скандалах она руководствовалась поэтическим методом, который отдает предпочтение сильным метафорам перед правдивыми.
Нарцисса действительно красилась настолько сильно, насколько это возможно для девушки, которая иногда все же выходит на улицу из комнаты, освещенной свечами. Но при этом больше всего походила не на разудалую жрицу порока, а на церемонную японскую гейшу. Каждое утро она закрывала лицо маской из тона, пудры, румян, теней и помады, пока оно окончательно не начинало выглядеть чужим и нарисованным. Тогда Нарцисса чувствовала себя в безопасности.
Она тщательно вытерла запястья, мочки ушей и шею, смывая запах духов.
После каждого свидания с Люциусом ей казалось, что от нее пахнет им, поэтому она предпринимала меры, чтобы пахло только духами. А в дни, когда они не виделись, она душилась еще сильнее – для того, чтобы не вызывать подозрений, и еще для того, чтобы не чувствовать, как от нее им не пахнет
Она вынула из ушей серьги, отперла шкатулку с драгоценностями, достала из потайного отделения цепочку с висящим на ней кольцом, надела на шею, заперла шкатулку, посмотрелась в молчащее зеркало и аппарировала
Люциус сидел в беседке и читал.
– Привет, – сказал он без тени удивления в голосе. – Какая ты красивая сегодня. Иди сюда.
Нарцисса уткнулась губами ему в шею и на некоторое время перестала существовать.
– Почему ты здесь? – спросила она, придя в себя. – Ты меня разве сегодня ждал?
Люциус поцеловал ее в кончик носа.
– Я тебя все время жду, ты разве не в курсе?
Как большинство высказываний Люциуса Малфоя, это была не совсем правда, но и не совсем ложь. Он не проводил свои дни в ожидании Нарциссы – у него была своя сложная, захватывающая жизнь, полная новых открытий, рискованных приключений и неожиданных поворотов. Но все это разнообразие было хитрым образом выстроено вокруг внезапных, непредсказуемых и нерегулярных появлений его невесты у него дома. Приблизительно так ведут себя люди, у которых есть собака, ребенок или хроническая болезнь. Он вряд ли сам отдавал себе отчет в том, что любые его планы учитывали с десяток посторонних факторов, вроде семейных обедов на площади Гриммо, – просто как-то само собой получалось так, что Нарцисса ни разу не оказывалась в Малфой-мэноре без него, хотя он сам навещал семейное поместье не так уж часто.
– А говорят, хуже нет, чем ждать и догонять, – Нарцисса уселась к нему на колени.
– Это смотря чего ждать. Если пока на экзамене вызовут – то да, а если пока ты придешь – то сколько угодно. Хоть всю жизнь. Ты что такая грустная?
Нарцисса наклонила голову и в замешательстве начала разглядывать собственные ногти.
– Я… сделала глупость, и теперь тетя Вальбурга меня ненавидит.
– Ты ей сказала, что мантии такого покроя уже сто лет никто не носит?
– Не сто, а тридцать, это хуже. Нет, не сказала.
– Но громко подумала, да?
– Перестань.
– Подожди, подожди… Сунула зонтик в эту жуткую стойку для зонтиков?
– Ну тебя!
– Тогда я сдаюсь. Твоя тетя все человечество ненавидит, рассказывай, как тебе удалось выделиться на этом фоне.
– М-м-м… Я попыталась соблазнить Регула.
Люциус расхохотался.
– Я всегда знал, что ты ужасно развратная женщина. И как, успешно?
Нарцисса презрительно пожала плечами.
– Да он не понял ничего, он еще теленок. Люц?
– М?
– Ты меня совсем-совсем не ревнуешь?
– К твоим мальчишкам? Ни капельки.
Это опять-таки была не совсем правда и не совсем ложь. Люциуса совсем не беспокоило, что Нарцисса в последнее время начала самым бессовестным образом морочить голову пятикурсникам. Пятнадцатилетние мальчишки, сыновья ее родственников или знакомых, к которым неожиданно проявляла интерес красивая взрослая девушка, мгновенно дурели от счастья. Затем Нарцисса переставала их замечать, и от горя они теряли последние остатки мозгов. Ревновать тут было явно не к чему. Но где-то глубоко, в тайных закоулках сознания, в которые можно проникнуть только во сне, Люциус был уверен, что Нарцисса его полюбила в результате непонятного недоразумения и в любой момент может понять свою ошибку. Сам себе он никогда в этом не признавался – все свои удачи он считал заслуженными и закономерными. Но каждую ночь он видел свою невесту в объятьях призрачного соперника, чем более неопределенного, тем более неотразимого.
Нарцисса вздохнула.
– И это мне тоже надоело. Не хочу быть злобной гадиной, которая мучает мальчишек. Просто – если я не могу быть, кем хочу, то пусть буду дрянью. Почему мне одной должно быть плохо?
– А кем ты хочешь быть?
– Здесь, и сейчас, и всегда – вот кем. Понимаешь?
Вместо ответа Люциус достал из кармана кусок мела и написал на стене беседки букву «Л».
– Здесь, – сказал он задумчиво. – И сейчас. – Рядом с «Л» появилась «М». – И всегда. – Он пропустил сучок в стене и написал букву «Н». – Так будь, кто тебе мешает?
Нарцисса отобрала мелок, на секунду задумалась и написала на стене букву «О».
– Ну вот, теперь пальцы будут грязные. Слушай, у нас с тобой два часа времени, а мы их тратим неизвестно на что. Пошли в дом.

КОНЕЦ

* Ех oribus parvulorum (лат.) – устами младенцев (глаголет истина).
* * Devant les enfants (фр.) – при детях (точнее, «не при детях»).

@темы: Harry Potter, Ангстовый фик

Комментарии
2013-02-24 в 13:07 

BigM
всем добра!
Красота-то какая)))))
Приблизительно так ведут себя люди, у которых есть собака, ребенок или хроническая болезнь. так красиво обрисовали нежную привязанность:D

   

Мультифандомное сообщество гетного творчества

главная